Шишкин Иван Иванович

Шишкин Иван Иванович - разговоры

  Флора и фауна Легенды,мифы и сказания о цветах
С глубокой древности цветы являются неизменным спутником нашей жизни. Но не только красота и аромат заставляли людей поклоняться им, цветы обладают ещё и волшебным даром выражать многообразие человеческих чувств и взаимоотношений. Символика цветов и её язык многообразен и порой противоречив. Различные религии по-своему толковали символику цветов, привязывая их к своим богам, мифам и легендам. Становясь священными, цветы приобретали новые, нехарактерные для них свойства, утрачивая истинные.По мере того, как человеческая цивилизация всё больше отрывалась от природы, люди переставали помнить её тайнопись, лишали её самостоятельности. Исторические события постоянно вносили перемены в символику растений.Я думаю,многим будет интересно познакомиться с преданиями и легендами,существующими о цветах.

Ответов - 81, стр: 1 2 3 4 5 6

С гораздо большей поэзией относятся к тюльпану в Англии, где в сказках он служит всегда колыбелью для маленьких эльфов и других крошечных фантастических существ. Так, в Девоншире есть сказка, в которой рассказывается, что феи, не имея колыбелей для своих малюток, кладут их на ночь в цветы тюльпанов, где ветер качает и баюкает их. Однажды, говорится в сказке, одна женщина, отправившись ночью с фонарем в свой сад, где росло много тюльпанов, увидела в них нескольких таких уснувших прелестных крошек. Она была так восхищена этим необычным зрелищем, что в ту же осень насадила в своем саду еще больше тюльпанов, так что вскоре их оказалось вполне достаточно для того, чтобы разместить в них малюток всех окрестных волшебниц. Затем в светлые лунные ночи она отправлялась туда и часами любовалась этими крошечными созданиями, сладко спящими в атласистых чашечках тюльпанов, нежно покачиваемых легким ветерком. Сначала феи встревожились, боясь, как бы эта незнакомая женщина не причинила зла их малюткам, но потом видя с какой любовью она к ним относится, успокоились и, желая в свою очередь отблагодарить ее за такую доброту, придавали ее тюльпанам самую яркую окраску и чудный, как у роз, запах. И они благословляли эту женщину и ее дом, так что ей сопутствовали во всем счастье и успех до самой смерти. Но радость эта длилась для фей, пока она была жива; когда же она умерла, то дом и сад наследовал ее очень скупой родственник. Человек корыстолюбивый и бессердечный, он прежде всего уничтожил сад, находя, что цветы разводить невыгодно, а затем развел в нем огород и засадил его петрушкой. Такой грубый поступок очень рассердил маленьких созданий, и они каждую ночь, как только наступала полная темнота, слетались толпами из соседнего леса и плясали на овощах, вырывая и ломая их корни и засыпая тучами пыли их цветы, так что в продолжение многих лет овощи не могли расти и даже у петрушки все листья, как только появлялись, были всегда истрепаны, изорваны в лохмотья. Между тем могила, где была похоронена их бывшая благодетельница, всегда чудно зеленела и была покрыта роскошными цветами. Помещавшиеся же у самого ее изголовья великолепные тюльпаны блистали самой яркой окраской, издавали дивный запах и цвели до глубокой осени, когда все другие цветы уже давно завяли. Прошло еще несколько лет, и скупого человека заменил еще более черствый, совсем не имевший понятия о красоте, родственник. Он вырубил все окрестные леса и могилу совсем забросил. Она была затоптана ногами проходящих, тюльпаны повырваны, поломаны, и феям пришлось удалиться далеко от родного для них местечка. И с этого-то времени, добавляет сказка, все тюльпаны потеряли свою выдающуюся окраску и запах и сохранили их лишь настолько, чтобы не быть совсем заброшенными садовниками.
В заключение скажу, что если о роскошном восточном тюльпане не сложилось никакой легенды, то о нашем, более скромном желтом европейском родственнике его существует следующее интересное сказание. Рассказывают, что в золотистом плотно замкнутом бутоне этого цветка было заключено одно время человеческое счастье и что никто никак не мог добраться до него, хотя пытались всеми способами: кто — силой, кто — хитростью, кто — заклинаниями. И шли к этому цветку, говорит легенда, и стар и млад, и здоровые и увечные, шли цари с блестящей свитою и нищие с клюкой, шли богатые, праздные моты и бедные с мозолистыми руками, труженики. Толпы приходили, толпы уходили... но все напрасно — счастье не давалось им в руки. Но вот однажды по лугу, где рос такой цветок, проходила одна бедная женщина. Бледная, истомленная, шла она, ведя за руку своего маленького мальчика, как вдруг заметила издали золотистый бутончик, о котором так много слышала. Она не помышляла, конечно, его раскрывать, она знала, что это совершенно невозможно, но ей хотелось только посмотреть на цветок, который заключал в себе то счастье и тени которого она во всю свою жизнь не видала и котором вздыхала не раз в тяжелые минуты жизни. Она потихоньку, потихоньку, с замиранием сердца приближалась к нему... как вдруг ее мальчик, увидя блестящий бутончик, вырвался из рук и с громким смехом, размахивая ручонками, бросился к цветку. И — о, чудо! О, удивление! — в ту же минуту бутон раскрылся сам собой... То, чего не в силах были сделать ни сила, ни заклинания — сделал веселый, беззаботный смех ребенка, так как детство — действительно единственная пора всей нашей жизни, когда проглядывает по временам настоящее счастье. Таким же цветком счастья считается тюльпан еще и в Тюрингенских горах, в деревушке Аллендорфе, где некогда был монастырь. По развалинам этого монастыря, как говорят, бродит одетая вся в белое молодая девушка, и где она пройдет, там этот цветок и зацветет. Скорее всего, это отголоски того, что было в действительности: быть может, здесь тюльпаны разводил какой-нибудь монах. Но поверье держится. Один пастух, рассказывают, еще недавно нашел такой тюльпан, где проходила эта женщина. Не зная, что с ним делать, он, сорвав, положил его себе в шапку, чтобы вечером подарить своей невесте или кому из родни. Но в это время как раз убежал жеребенок. Он погнался за ним и искал его чуть не до вечера. А когда возвратился, то забыл совсем о цветке и вспомнил о нем уже дома. Идти назад было уже поздно, а кроме того, скорее всего, он и затерял его уже во время поисков жеребенка. Так и махнул рукой — что ж поделаешь. Но с того дня он стал чахнуть, чахнуть, и через два месяца его не стало.
Маргаритка. (Н.Ф.Золотницкий «Цветы в легендах и преданиях,Москва, 1913). Существует очень красивая легенда о происхождении этого небольшого беленького или розоватого, образующего прекрасные бордюры на наших клумбах и красивые группы на зеленом газоне цветочка. Рассказывают, что Пресвятая Богородица, желая однажды зимою доставить удовольствие маленькому Иисусу и подарить ему венок из цветов, не найдя ни одного на побитых холодом полях, решила сделать их сама искусственно из шелка. И вот, выделывая различные цветы, она сделала одни, которые особенно понравились младенцу Иисусу. Это были маленькие маргаритки, сделанные из желтой шелковой материи и толстых белых нитей. Приготовляя их, Пресвятая Богородица не раз колола себе пальцы иглой, и капли крови ее окрасили местами эти нити в красноватый или розоватый цвет. Вот почему кроме белых лепестков встречаются и розоватые и на нижней стороне они часто бывают окрашены в красный цвет. Цветы эти так понравились младенцу Иисусу, что он хранил их всю зиму, как драгоценность, и когда наступила весна, высадил в долине Назарета и стал поливать. И вдруг искусственные цветы эти ожили, пустили корни, стали расти и, разрастаясь все более и более, переселяясь из одной страны в другую, вскоре разрослись по всей земле. И теперь, как бы в воспоминание об этом чуде, цветут эти прелестные цветочки с ранней весны до глубокой осени, и нет в мире страны, где бы их нельзя было встретить. По другому сказанию, маргариток называют «цветками Пресвятой Девы Марии и о происхождении этого названия рассказывают следующее. Когда Пресвятая Дева Мария по получении от архангела Гавриила благой вести, отправилась сообщить об этом своей родственнице Елизавете, то ей пришлось долго идти по горам и долинам Иудеи. И вот, когда она проходила по полям, то всюду, где только нога будущей Божьей Матери касалась земли, всюду вырастали маленькие блестящие белые цветочки, так что весь путь ее, обозначаясь ими, образовывал как бы целую цветочную дорожку. Цветы эти и были наши скромные белые маргаритки. Белые, окружавшие в виде сияния лепестки их напоминали славу Божию, а золотая середина — священный огонь, горевший в сердце Марии.
По другому же варианту дело произошло так. Когда Пресвятая Дева Мария, будучи еще ребенком, смотрела ночью на небо, усеянное бесчисленными блестящими звездами, то высказала желание: как хорошо было бы, если бы все эти чудные звезды сделались земными цветами и она могла бы с ними играть. Тогда звезды, услышав это пожелание, сейчас же отразились в покрывавших наземные растения блестящих каплях росы, и когда на другое утро солнце озарило землю, она вся была усеяна, как звездами, белыми цветочками. Пресвятая Дева была в восхищении, украсила ими себя и сказала, что они вечно будут ее любимыми цветами и пусть называются цветами Марии. С тех пор, заканчивает сказание, цветы эти заключают в себе счастье, и их вопрошают о нем, пересчитывая и обрывая их лепестки. Таковы христианские легенды о происхождении маргаритки, но цветок этот имеет еще и языческие. Латинская легенда говорит: когда однажды прелестная лесная дриада Белидес плясала и резвилась с возлюбленным своим Эфигеем, то обратила на себя внимание этрусского бога времен года — Вертумна, который, прельстившись ею, хотел во что бы то ни стало обнять ее и увести с собой. В отчаянии и бессилии бедняжка, не зная, что делать, как отвязаться от неотступно преследовавшего ее старика, обратилась с мольбой к бессмертным спасти ее, и боги, сжалившись над ней, превратили ее в хорошенький полевой цветок. Цветок этот получил название Bellis perrenis — вечной красавицы, которым теперь и обозначают нашу маргаритку в науке. По другой легенде, она возникла из праха Альцесты, жены фессалийского царя Адмета, которая пожертвовала своей жизнью, чтоб спасти жизнь мужа. Адмет этот был любимцем Аполлона, который упросил богинь судьбы Мойр не дать ему умереть в назначенный час, если кто-либо другой согласится принять за него смерть. Настает час, но никто из друзей не решается за него умереть. Даже престарелые родители, и те не хотят пожертвовать ради него свою жизнь. Только верная жена его Альцеста отказывается от полной радости жизни и умирает за него. Тогда Геркулес, зашедший к нему во время совершения своих подвигов, узнав случайно об этом великом самоотверженном и великодушном поступке, решается во что бы то ни стало возвратить ее снова к жизни. Он отправляется в Ад и добивается у Танатоса, бога смерти, чтобы он опять вернул ее на землю; но так как в человеческом виде она не может уже вернуться, то появляется в виде цветка — маргаритки.
Скажем кстати, что название свое цветок получил от греческого слова margarites, обозначающего «жемчужина, так как покрывающие зеленые луга бесчисленные ее белые цветочки действительно кажутся как бы жемчужинками. В северных сагах маргаритка посвящалась еще богине весны, и гирляндой из ее цветов обвивали каждую весну кубок этой богини. Кроме того, цветы ее приносились в жертву богине любви — Фрее, и потому ей давали нередко название цветка любви и невесты солнца. В этом последнем названии и приношении цветка в жертву богине любви кроется, по мнению многих ученых, и происхождение известной всем роли этого цветка как любовного оракула. Эту роль цветка для гадания — «любит, не любит маргаритка, по-видимому, начинает играть уже с незапамятных времен и притом не только в одном каком-либо отдельном государстве, а почти во всех западноевропейских, исключая разве Англию. В немецком языке существует даже особое ее народное название — «Maasliebchen, т. е. мерка любви, которое ведет свое начало с древних времен и имеет своей основой старинную детскую игру, соединенную с обрыванием ее лепестков. Зайдя далеко в лес или поле и боясь, как бы родители их не стали бранить, дети в Германии обыкновенно брали да и теперь берут такую маргаритку и, обрывая ее лепестки, гадают, будут ли их бранить дома или нет, приговаривая: «Побои, брань, добрые слова. И то слово, при котором будет оборван последний лепесток, и должно обозначать, что их ожидает. Словом, делают то же самое, что, мы видим, теперь делают наши молодые люди (особенно барышни), обрывая лепестки и приговаривая: «Любит, не любит, плюнет, поцелует, к сердцу прижмет, к черту пошлет, и что было выведено еще Гете в «Фаусте, когда, гуляя в саду под руку с Фаустом, Маргарита срывает маргаритку и, обрывая ее лепестки, шепчет: «Он любит, нет; Он любит, нет; Он любит... Только в наше время оракулом этим служит чаще не маленькая маргаритка, называемая по-французски paquerette, а носящая во Франции название маргаритки красивая крупная, с желтой серединой и белыми крупными лучами полевая ромашка (по-русски — поповник), у которой лепестков менее, да и лепестки эти гораздо крупнее, так что, следовательно, и обрывать их легче, и результата можно добиться скорее. Если не ошибаемся, с такой же ромашкой происходит и сцена в «Фаусте.
Кроме Германии маленькая маргаритка играла роль любовного оракула также еще и среди сельского населения многих провинций Франции, и в Нормандии с незапамятных времен существует даже песенка: «Маргариточка, маленький цветочек, красный по краям и с зеленою каймою, открой (скажи) судьбу моей любви. Песенка эта сопровождалась обрыванием лепестков и гаданием по ним. Особенно, однако, этот способ гадания судьбы был развит в средние века, когда вместо маргаритки часто прибегали даже к узелкам на случайно сорванной травинке, число которых также определяло судьбу, ожидающую гадающего. Вообще маргаритка играла в это время немалую роль, особенно у рыцарей. И рыцарь, возлюбленная которого изъявляла согласие отдать ему свое сердце, получал право изобразить на своем щите маргаритку. Если же возлюбленная не хотела ему сказать ни «да, ни «нет, и только как бы склонялась к этому, то в ответ на выраженную им любовь, дарила ему венок из маргариток, который на средневековом языке цветов обозначал «я еще подумаю. И такой скромный, даже смешной, по нашему мнению, веночек вселял сильную надежду в сердце рыцаря, заставляя его сердце биться сильнее, а самого рыцаря — проявлять чудеса храбрости и жертвовать даже своей жизнью. Особенно эта поэтическая, мечтательная любовь, заставлявшая, как мы сейчас сказали, совершать иногда поразительные подвиги и не щадить своей жизни, царила во времена трубадуров, когда поклонение даме сердца достигло, так сказать, своего апогея. В это время и возникла во Франции игра в откровенную маргаритку — гадание по ее лепесткам. Просматривая хроники того времени, то и дело наталкиваешься на рассказы об этих гаданиях. Кроме того, даже и само изображение маргаритки, ввиду, быть может, одинаковости ее названия с именем многих отличающихся в средние века своей красотой или какими-нибудь другими качествами женщин, считалось в это время верхом изящества и выражения почтения. Так, рассказывают, что за торжественным обедом, данным Карлом Смелым в день его бракосочетания с английской принцессой Маргаритой, появилось чудо механики того времени — автомат в виде единорога. На спине этого сказочного животного находился леопард, державший в одной лапе щит с государственным гербом Англии, а в другой — маргаритку. Объехав вокруг стола, единорог остановился перед герцогом, и сопровождавший его рыцарь, вынув из лапы леопарда эту маргаритку, передал ее герцогу, сказав при этом остроумный, имевший отношение к принцессе и к цветку каламбур. Подобный же рыцарский привет был высказан Маргарите, дочери Франциска I, когда, сочетавшись браком с Эммануилом-Филибертом Савойским, она прибыла на родину своего мужа. Как только она ступила ногою на Савойскую землю, ей тотчас же поднесли от имени ее супруга изящную золотую, украшенную драгоценными камнями свадебную корзину, всю наполненную прелестными белыми маргаритками и обвязанную красивой розовой лентой с надписью: «Каждый цветок имеет свою прелесть (достоинство), но если бы мне представили на выбор сразу тысячу цветов, то я все-таки выбрал бы маргаритку.